HP: University of Magic Arts

Объявление

Добро пожаловать в магический Лондон!
В игре: 2025 год, сентябрь. В УМИ начинается юбилейный учебный год.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: University of Magic Arts » Прошлое и будущее » Eruditio aspera optima est


Eruditio aspera optima est

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Eruditio aspera optima est
http://sh.uploads.ru/nkiaT.png
Цитата, музыка или прочие материалы для вдохновения

Участники:
Theodore Nott
&
Blase Zabini

Место:
Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс
Время:
1991-1998

Сюжет:
Слизерин как он есть.

+4

2

[icon]http://i.piccy.info/i9/72e1fd1ed3201b5e54697a1b67ca8af5/1535814488/11482/1253289/photo_2018_08_31_09_10_20_bw_s.jpg[/icon]– Ну, и что интересного может быть в школе? – Теодор валялася в тени, лениво пожевывая сочную травинку и глядя на взмыленного после полета Драко.
Уже очень давно он усвоил, что демонстрировать свой интерес к чему бы то ни было запрещено. Ему, конечно, нравились аккуратные свитки пергамента и пухлые блокноты в кожаных обложках, изящные перья, проложенные шуршащей папиросной бумагой, и маленькие пузатые флаконы с чернилами. Но все это было закуплено без его участия, да и увидел он школьные сокровища лишь потому, что не проявлял заинтересованности, пока отец не велел ему опробовать новые письменные принадлежности, чтобы не опозориться в школе.
Писать новым пером на плотном пергаменте оказалось не так просто, и за расплывшиеся по пергаменту кляксы Теодор удостоился презрительного хмыканья и многочасового переписывания двух глав из книги своего предка.
От третьей главы его спас только визит мистера Малфоя, приехавшего в этот раз в Нотт-тауэр с сыном. Мальчикам выдали в сопровождение малфоевского домовика, которого удалось уболтать открыть сарай с метлами, и теперь, вдоволь налетавшись, они прятались от августовского солнца под старыми яблонями.
Какая разница? Даже если не будет ничего интересного, что-нибудь придумаем, – Драко взмахнул новенькой палочкой, но яблоко так стремительно сорвалось с ветки, что расплющилось в кашу, забрызгав обоих.
Аккуратнее! – Теодор подхватил другое яблоко с земли и запустил его в Драко, но тот не поддержал идею.
Papa dit, qu'il мне открутит голову, если я старостой не стану, – вздохнул Малфой.
Draco, ta langue! – возмущенно воскликнул Теодор, идеально копируя мадам Нарсис Малфой, и оба мальчика расхохотались.
Представляешь, – насмеявшись, заговорщицки начал Теодор, – что, если нас поселят в одну комнату с магглом! И ты заразишься от него какой-нибудь маггловской гадостью!
Да ладно тебе, – беспечно отмахнулся Драко. – Нынешний директор хоть и магглолюб, каких мало, но не псих же законченный, чтобы селить нас со всяким отребьем. А если он что-то такое выкинет, я отцу напишу.

Через две недели, устав от суеты и ажиотажа на полатформе 9 3/4, Теодор с Драко и Винсом лениво перекидывались взрывными картами, когда в купе Хогвартс-экспресса влетел Грегори Гойл:
В поезде Гарри Поттер!
Мальчики переглянулись, и Драко тут же встал.
Ты пойдёшь сам? – Теодор явно был удивлен.
А что?
Пусть приходит и представляется, как положено, – пожал плечами Теодор. – Должен же он знать элементарные правила приличия, если его отец из достойной семьи.
Посмотрим, – задрал нос Драко, явно что-то задумав.
Кивком головы он призвал Гойла и Крэбба следовать за ним, оставив Теодора глазеть на проплывающие за окном шотландские пейзажи.
Вернулись все трое довольно быстро. Драко сердито плюхнулся на сиденье и сделал вид, что ему срочно понадобилось что-то найти среди книг. Грегори, который был крупнее и Теодора, и Драко, с несчастным выражением на лице облизывал опухший палец, на котором то и дело проступала кровь. А севший рядом с ним Винсент вполголоса нашептывал, что теперь Грега никто не пустит в школу и ему будут делать сто уколов в живот от бешенства.
Достаточно было одного неодобрительного взгляда Теодора, чтобы оба увальня испарились, срочно найдя себе занятие в коридоре и тщательно прикрыв за собой дверь.
Расскажешь? – равнодушно поинтересовался Теодор, сдавая карты. – Твой ход.
Мать-грязнокровка – это диагноз, – зло выплюнул Драко, и больше никто из них к этой теме не возращался.

После многочасовой тряски в поезде пересечение огромного озера на лодках слегка приподняло настроение любившего плавать Теодора. Но ожидание в тесной отдельной комнате и визги грязнокровок и нищебродов, никогда до этого не видевших обыкновенных привидений, утомили его. К тому же, дома обед подавали гораздо раньше, и отказавшийся от покупки сладостей мальчик всерьез опасался, что может нарушить приличия бурчанием в животе.
Как только туповатых миньонов Малфоя, а следом за ними и самого Драко страя куча тряпья в виде шляпы распределила на Слизерин, Теодор уже не сомневался в том, что мантию со слизеринской змейкой ему пошили не зря. Гордо прошествовав под аплодисменты к столу, Теодор чинно сел рядом с Драко, но тут же расслабился, почувствовав себя среди своих. Напротив него сидели девчонки, одну из которых – старшую из сестер Гринграсс – он видел на последнем Белтайне.
Внезапно зал взорвался громовыми аплодисментами со стороны противоположного стола, в которых слышались крики "Поттер с нами!" Бросив взгляд на стиснувшего челюсти Драко, Теодор обратился к одному из старшекурсников, каковы правила приема в квиддичную команду. Драко моментально отвлекся, и они занялись обсуждением квиддича со старшекурсником, не обращая больше внимания на церемонию. Только случайно Теодор краем глаза заметил, что рядом с ним на скамью сел еще кто-то.
Забини? Ты из Италии? – поинтересовался у темноволосого худощавого мальчишки староста Слизерина, сидевший ближе всех к первогодкам.
Si, – машинально ответил мальчик, но тут же исправился, говоря, впрочем, с явным акцентом, – моя мама из Италии.
Теодор смерил соседа по столу от макушки до пят.
И Забини – это фамилия твоей матери? – с едва скрываемым презрением поинтересовался он у мальчишки, который явно чувствовал себя стесненно.

Отредактировано Theodore Nott (2018-09-01 18:08:41)

+4

3

"Ma chère Julie."  Неуверенные буквы чужого языка кривоватыми жучками бежали по пергаменту. Перо то и дело замирало над строчками, растрачивая чернила на очередную кляксу-паучка, пока Блейз пытался припомнить, как пишется без ошибок то или иное слово. Вслух французский давался ему куда легче, но этим летом пришлось привыкать к письменному варианту.
"Я уже писал тебе, что в сентябре мы не увидимся в Бобатоне. Сейчас расскажу больше. Я в Британии. Меня забрала мама. Она и её новый муж хотят нормальную семью." Мальчик задумался, покусывая кончик пера. Отчим периодически трепал Блейза по волосам и спрашивал: "How are you, child?", рассеянно выслушивая односложные ответы. А мать... Мать была такой же, как и всегда. Словно бы удивлялась, заметив в поле зрения своего сына, и отсылала прочь небрежным жестом: "Поди займи себя чем-нибудь, не мешай."
"Тут странно и непривычно, и не хватает тебя и ребят. А еще меня заставляют учить английский. Это сложно, потому что у меня нет хорошего учителя. Я просил, чтоб синьор Забини отпустил со мной Лючию, но мне сказали, здесь другие слуги." Точка расплылась еще одной кляксой. Он все еще побаивался Мунни и пока даже не смог определить какого оно пола. Но хотя преподаватель из домовика был не лучший, с ним можно было попробовать подружиться.
"Я немного боюсь ехать в Хогвартс. Я там никого не знаю. Но ведь у меня есть ты, пусть и далеко. И я буду писать тебе так часто, как смогу. Жду ответа.
Скучаю.
Блэз
"
Здесь не было такой совятни, как в фамильном поместье в Римини, где можно было спокойно выбирать любую птицу и отправлять, куда душа пожелает. Может поэтому мама так редко слала ему больше, чем ответы на его письма в пару строк и пакетики со сладостями? И тогда он выпросил у отчима личную сову.
Девчонке письма шлешь? – кажется, его это развеселило. – Через несколько лет поговорим об этом как мужчина с мужчиной.
Считай, что это тебе на день рождения! – сварливо заявила мать, когда узнала о покупке. – И не вздумай потом канючить подарки. И так придется столько всего покупать для школы!
"Да как скажете!" думал Блейз, дрожащими от восторга пальцами гладя бурые перышки. Это был не питомец. Это было средство связи с привычным родным миром. С Жюли, с Люсьеном, может даже с Лючией – написать ей, что с ним все в порядке, а то ведь она волноваться будет!
Volare, Catena! – шептал он птице, открывая окно, и долго смотрел вслед, пока та не скрывалась из виду. Как хотелось бы стать маленьким-маленьким, зацепиться за перья Цепочки и улететь вместе с ней. Но нет. "Я уже большой! Мне уже семь!"– сердился Блейз всякий раз, когда Лючия пыталась вытереть ему нос. А теперь-то и подавно, в конце лета исполнится 11. Нужно соответствовать. Так что мальчик вздыхал, закрывал окно и садился за книги. И только ночью ему снилась апельсиновая роща, наполненная пьянящим ароматом во время цветения, раскаленная крыша, потайные закоулки родного поместья, ласковые руки доброй горничной и солнечная улыбка подружки-француженки.
Чем ближе надвигалось 1 сентября, тем больше размывались образы во снах и тревожнее становилось внутри. Сердце сковывал страх, но наружу прорвался лишь однажды, на вокзале, когда Блейз позволил себе то, чего не делал уже несколько лет. Он порывисто обнял опешившую мать, и горячо зашептал:
Non voglio andare lì!
Не глупи!  – женщина возмутилась, отстраняясь от сына. – Это хорошая школа и ты быстро привыкнешь. Ну все, полезай в вагон.
Он не помнил толком, как прошла поездка. Забился в угол какого-то купе и на попытки завязать знакомство коротко отвечал на итальянском, так что от Блейза быстро отстали. Мелькавшие за окном пейзажи расплывались от слез, которые тихо текли по его щекам до тех пор, пока мальчика не сморило сном до конца поездки. Рыжий сосед по купе в мантии с красным подкладом принялся опекать иностранца-первачка, жестами и нарочито медленными раздельными словами объясняя, что делать и куда идти. Забини это одновременно раздражало и веселило, но открываться своему непрошеному покровителю он не стал.
Нужно сказать, замок производил впечатление! Особенно из шаткой лодчонки, скользящей по черной зеркальной глади озера. Когда то, что ты голоден, замерз и вообще хочешь обратно, забывается, потому что перед тобой вырастает громада из башен и галерей, усыпанная манящими теплым светом окнами. В таком замке обязательно должны были водиться привидения, и их явно должно быть больше двух. Может, и тут получится подружиться с призраками, как он дружил со слепым Паулино и юродивым Винченцо, духами его предков. Блейзу нравилось слушать их истории о прошлом. Ради этого можно было даже потерпеть занудные философствования о настоящем. А еще любой уважающий себя призрак знает всё о тайниках и потайных ходах места, где он обитает. Ведь так? Забини с улыбкой рассматривал серебристые тени, летавшие над головами будущих сокурсников. Это было приятным противовесом гнетущему впечатлению, которое произвела на него кажется заправляющая тут всем профессорша. Уж больно она напоминала противную экономку деда своими поджатыми губами и строгим недовольным взглядом.
Большой зал тоже поражал воображение, но Блейз осмотрелся мельком, и принялся наблюдать за тем, куда шли ребята, когда грязная волшебная шляпа выносила вердикт. Мунни что-то рассказывал ему о факультетах Хогвартса и о каком-то Гарри Поттере, но Блейз понял едва ли половину. И теперь сильно удивился тому, что этот невообразимый герой – его сверстник.
Хотела бы и я попасть на Гриффиндор, – мечтательно шепнула  стоявшая впереди девочка рыжему мальчишке, – а ты?
Тот только кивнул, медленно приобретая зеленоватый оттенок. Если бы вопрос адресовался Забини, он бы твердо ответил "нет". Слишком шумные и буйные. Особенно вот те двое одинаковых, тоже рыжих. Кажется у Блейза начала зарождаться антипатия к огненноволосым.
Забини, Блейз!
Услышав название факультета, на которому ему предстояло учиться ближайшие 7 лет, мальчик вежливо сказал шляпе "Спасибо" и отправился за нужный стол. Он действительно был благодарен. Во-первых, не Гриффиндор с его чрезмерностью почти во всем, во-вторых, ему нравился зеленый цвет. Правда, змей он не особо любил, больше ящериц. Поймать ящерку было не так-то просто. Вот она лежит на камне, греясь на солнышке, а в другой миг – шасть! – и скрылась в траве! Блейзу нравилось их умение сливаться с местностью.
Ему бы такое, тогда не было бы сейчас столько внимания и вопросов.
И Забини – это фамилия твоей матери? – негромко спросил мальчик, которого Блейз видел в очереди на распределение. Мальчик, который его нервировал то ли внимательным взглядом пронзительно-серых глаз, то ли надменным тоном. Или и тем, и другим вместе. Так что объект всеобщего интереса только кивнул и уткнулся в тарелку, которая очень своевременно наполнилась едой.
Вокруг продолжались разговоры, но Блейз их старательно не слушал. Он и без того знал, что не так с его фамилией и статусом.
Усталость от долгого путешествия и разнообразных впечатлений давала о себе знать, так что с финалом ужина не стали затягивать. Староста проинформировал первокурсников о том, что их вещи уже доставлены в спальни. До подземелья, в котором располагались комнаты факультета, шли под его предводительством, а в гостиной он сел у камина, и дал задание какому-то студенту помладше вести их дальше. Пока остальные что-то обсуждали между собой, Блейз вошел в спальню первым и направился к дальней кровати, которая стояла у небольшого окна.
"Интересно, откуда здесь окна, мы же под землей, разве нет?"

[icon]https://c.radikal.ru/c41/1808/ad/e3e86dfdc0eb.jpg[/icon][status]Чудовищами рождаются или становятся?[/status]

Отредактировано Blaise Zabini (2018-08-19 13:14:05)

+3


Вы здесь » HP: University of Magic Arts » Прошлое и будущее » Eruditio aspera optima est